Ровно месяц назад в Армении состоялись важнейшие для страны парламентские выборы. Не секрет, что западный мир бурно приветствовал победу партии "Гражданский договор" во главе с Николом Пашиняном. Главный акцент европейские столицы сделали на конкурентности и демократичности прошедшего голосования. Но действительно ли все было именно так?

Никто не ставит под сомнение победу правящей партии. Армянским избирателям, по сути, пришлось выбирать из нескольких не самых привлекательных политических альтернатив, однако большинство все же отдало предпочтение действующей власти. Вместе с тем отрицать нарушения в ходе избирательной кампании было бы нечестно. Еще до дня голосования прошли масштабные задержания оппозиционных активистов и кандидатов. В день выборов МВД Армении получило более 600 сообщений о нарушениях. Были зафиксированы случаи повторного голосования, подкупа избирателей и давления на них.

При этом говорить о массовых фальсификациях, способных повлиять на итоговый результат выборов, также было бы неправильно. Однако демократия не ограничивается лишь днем голосования. Настоящее демократическое государство — это постоянное соблюдение прав граждан, политический плюрализм и возможность свободного участия общества в управлении страной. Соответствует ли современная Армения этим критериям? Есть серьезные основания полагать, что нет. 

Сразу после победы на выборах Никол Пашинян публично пригрозил арестовать своих политических оппонентов. Иными словами, премьер-министр дал понять, что намерен и дальше закручивать гайки.

Безусловно, некоторые представители армянской политической псевдоэлиты (в частности, Роберт Кочарян) за совершенные в период первой Карабахской войны преступления против человечности давно должны были предстать перед судом. Вместо этого они продолжают участвовать в политической жизни страны. Да и другие участники предвыборной гонки далеко не безупречны. Однако заявления Пашиняна в адрес своих оппонентов прозвучали скорее как обещание политической расправы, чем как стремление к торжеству закона. И очень скоро стало понятно, что это была не просто эмоциональная риторика.

Следственный комитет Армении предъявил обвинения бизнесмену и лидеру партии "Процветающая Армения" Гагику Царукяну. По версии следствия, в 2022–2024 годах он организовал преступную группу, которая под видом развития торгово-экономических связей с Ираном создавала совместные компании и злоупотребляла доверием иранских предпринимателей. Как утверждает следствие, участники схемы приобрели 52 транспортных средства, спецтехнику, топливо и другие товары, ввезли их в Армению, имитировали хозяйственную деятельность и оформляли фиктивные таможенные декларации. В результате, по данным следствия, было похищено имущество на сумму более 21 млн долларов.

Кроме того, Царукяна обвиняют в хищении еще 934 тысяч долларов у гражданина Ирана при реализации сделки по поставке топлива. По версии следствия, впоследствии эти средства были легализованы через принадлежащую ему компанию.

Политику предъявлены обвинения по двум эпизодам организации мошенничества и двум эпизодам легализации денежных средств в особо крупном размере. В рамках расследования проведены обыски более чем по 70 адресам, изъяты документы и транспортные средства, которые следствие считает предметом преступления.

Разумеется, выступать адвокатами Гагика Царукяна никто не собирается. Следствие должно установить истину — при условии, что оно действительно действует независимо, а не выполняет политический заказ. Однако с учетом ранее озвученных угроз со стороны Пашиняна полностью исключать политическую составляющую этого дела было бы преждевременно.

Ошибаются те, кто продолжает считать Армению образцом демократии, а ее правоохранительную и судебную системы — полностью независимыми. По крайней мере именно такую картину до выборов пытались представить некоторые западные политики и европейские организации.

Армению называли едва ли не главным оплотом демократии на Южном Кавказе. Однако внутриполитические процессы, последовавшие сразу после выборов, заставляют усомниться в столь оптимистичных оценках. Реальность оказалась значительно сложнее той картины, которую пытаются представить европейские столицы.

Возникает закономерный вопрос: допустимы ли в демократическом государстве политически мотивированные преследования? Очевидно, что нет. Тогда почему сегодня Совет Европы, ПАСЕ, Европейский парламент и другие европейские структуры практически не реагируют на происходящее в Армении? Почему в ПАСЕ не поднимается вопрос о возможных политически мотивированных преследованиях, а Европарламент не принимает соответствующих резолюций?

В то же время эти же структуры регулярно принимают резолюции с критикой Азербайджана, обвиняя Баку в якобы нарушениях прав человека, но предпочитают хранить молчание, когда речь идет о событиях в Армении. Подобный подход неизбежно вызывает вопросы о последовательности и объективности европейских институтов.

Более того, Европейский парламент неоднократно призывал освободить осужденных в Азербайджане армянских сепаратистов и лиц, обвиняемых в террористической деятельности, несмотря на тяжесть предъявленных им обвинений.

Стоит напомнить, что накануне парламентских выборов Ереван принимал саммит Европейского политического сообщества. Многие расценили это как демонстрацию политической поддержки прозападного курса армянского руководства.

Неудивительно, что нарушения, зафиксированные в ходе избирательной кампании, не вызвали сколько-нибудь жесткой реакции со стороны европейских институтов. Складывается впечатление, что оценки событий на постсоветском пространстве зачастую формируются не столько исходя из принципов демократии и верховенства права, сколько с учетом геополитических предпочтений.

После событий 2018 года официальный Ереван последовательно провозгласил курс на европейскую интеграцию. Именно этим многие объясняют сдержанную реакцию Брюсселя на процессы, происходящие сегодня внутри Армении.

Пока европейские структуры продолжают говорить о приверженности демократическим ценностям, политическая практика в Армении все чаще вызывает вопросы относительно соблюдения принципов верховенства закона, политической конкуренции и равенства всех перед правосудием.

А.МАМЕДОВ