Премьер-министр Армении Никол Пашинян обозначил предел, за которым Ереван может пересмотреть отношения с Тегераном. На фоне новых американских санкций против иранского авиационного сектора армянские власти заявляют о намерении сохранить дружеские отношения с Ираном, но одновременно признают: если сотрудничество создаст риск санкций против самой Армении, Еревану придется учитывать собственные интересы.

«Мы изучаем пакет санкций. Мы со всеми нашими партнерами предельно открыты. Особенно в отношениях с дружественными нам странами мы сделаем все возможное, чтобы сохранить дружбу. Но есть черта, которую мы не можем переступить, — риск введения санкций против самой Армении», — заявил Пашинян 1 октября.

Эта оговорка стала ключевой частью заявления армянского премьера. Ереван выражает готовность поддерживать отношения с Тегераном, одновременно подчеркивая, что сотрудничество не должно создавать угрозу для армянской экономики и финансовой системы. Таким образом, внешнеполитический выбор рассматривается и через призму риска санкций со стороны США.

Нынешняя ситуация возникла не на пустом месте. 8 сентября Министерство финансов США объявило о новых масштабных санкциях против иранского авиационного сектора. Под ограничения попали 27 иранских авиакомпаний, а также иностранные компании и посредники, которые, по версии американских властей, оказывают поддержку авиационной отрасли Ирана.

Вашингтон предупредил иностранные компании и авиационные организации о возможных последствиях сотрудничества с попавшими под санкции перевозчиками. В частности, американские власти указали на риск ограничительных мер для компаний, которые предоставляют иранским авиакомпаниям топливо, наземное обслуживание и другие услуги.

С 23 сентября санкции начали напрямую влиять на региональное авиасообщение: рейсы иранских авиакомпаний в ряд соседних стран были приостановлены или сокращены. Ограничения затронули, в частности, направления в Азербайджан, Грузию, Оман, Ирак и Объединенные Арабские Эмираты.

Таким образом, санкционное противостояние Вашингтона и Тегерана затрагивает и третьи страны. Им приходится учитывать возможный выбор между сохранением связей с Ираном и снижением риска попасть под американские ограничения.

Для Еревана ситуация особенно чувствительна: Иран — непосредственный сосед Армении и одно из важных направлений ее внешнеэкономических связей. Всего за неделю до заявления Пашиняна армянская сторона демонстрировала стремление развивать отношения с Тегераном. 24 сентября в Нью-Йорке состоялась встреча Пашиняна с президентом Ирана Масудом Пезешкианом. Согласно официальному сообщению армянского правительства, стороны положительно оценили развитие двустороннего сотрудничества, обсудили торгово-экономические отношения и возможности их расширения.

Однако 1 октября Пашинян обозначил принципиальную границу: отношения с Ираном не должны создавать риск санкций против Армении. Позицию Еревана можно описать так: сотрудничество с Тегераном возможно, пока оно не вступает в противоречие с отношениями Армении с США и другими западными партнерами. С точки зрения армянских властей, такой подход может быть частью прагматичной политики. Армения стремится расширять и диверсифицировать внешнеэкономические и политические связи, сохраняя отношения с соседними странами.

В сентябре Пашинян говорил о необходимости создать систему региональной взаимозависимости, при которой стабильность и экономическое благополучие соседних государств будут взаимовыгодны. Среди заинтересованных в такой системе стран он называл Армению, Азербайджан, Грузию, Турцию и Иран.

На практике, однако, многовекторная политика сталкивается с ограничениями, которые создает санкционный режим. Когда Вашингтон вводит меры против Тегерана и одновременно предупреждает о возможных последствиях для третьих стран, пространство для маневра сужается. Возникает вопрос, насколько далеко государство готово идти ради отношений с партнером или соседом, если это может осложнить отношения с другой стороной.

В случае Армении Пашинян обозначил предварительную позицию: Ереван намерен поддерживать отношения с Ираном, пока они не создают прямой угрозы для армянской экономики и финансовой системы. Заявление также может стать поводом для более широких дискуссий о надежности союзнических отношений и о том, как государства расставляют приоритеты в кризисных ситуациях. Критики армянской внешней политики трактуют подобные решения как отказ от прежних партнерств и обязательств. Однако такие оценки являются политической интерпретацией, а не нейтральным историческим фактом. Каждый конкретный эпизод требует отдельного анализа с учетом обстоятельств, договоренностей и интересов сторон.

Вместе с тем нынешнее заявление Пашиняна позволяет говорить о том, что Ереван публично обозначил предел: в определенных обстоятельствах собственные интересы Армении будут иметь приоритет над сохранением отношений с дружественным государством.

Для Тегерана это заявление тоже имеет значение. Армения не объявляет о разрыве отношений с Ираном и не заявляет о присоединении к американской санкционной кампании. Напротив, армянский премьер подчеркивает стремление сохранить дружеские связи. Однако Ереван одновременно дает понять, что не может допустить использования своей территории или армянских компаний таким образом, который создавал бы прямой риск санкций для страны.

Пока речь идет не о выборе между Ираном и США, а о попытке сохранить отношения с Тегераном в условиях ограничений, связанных с американскими санкциями. Насколько долго Еревану удастся придерживаться такой линии — один из главных вопросов ближайшего времени.

Санкционная кампания вокруг иранской авиации показывает, как быстро внешнеполитические решения крупных держав могут повлиять на поведение соседних стран. Азербайджан уже приостановил полеты иранских авиакомпаний на фоне новых американских ограничений. Другие государства региона также столкнулись с необходимостью пересматривать авиасообщение с Ираном. В ответ Тегеран предупредил соседние страны о возможных ответных мерах, если они будут участвовать в американской кампании давления.

Регион постепенно сталкивается с выбором, который становится все труднее игнорировать. Армения пока стремится сохранить возможность вести диалог и с Вашингтоном, и с Тегераном. Однако заявление Пашиняна показывает, что у этой политики есть граница. Если давление со стороны Америки усилится, вопрос будет уже не только в том, намерен ли Ереван сохранять дружеские отношения с Ираном. Встанет и вопрос о том, какую цену Армения готова за них платить и где именно проведет черту.

Р.ВЕЛИЕВ