На протяжении десятилетий отношения между США и Ираном оставались одним из главных источников напряженности на Ближнем Востоке. Санкции, взаимные обвинения, споры вокруг ядерной программы, региональное соперничество и многочисленные кризисы превратили противостояние Вашингтона и Тегерана в один из ключевых факторов нестабильности мировой политики. Однако сегодня впервые за долгое время появились признаки того, что стороны пытаются перейти от конфронтации к поиску взаимоприемлемых решений.

Заявления президента США Дональда Трампа о переходе американо-иранских договоренностей ко второму этапу реализации, контакты через посредников, обсуждение механизмов контроля над ядерной программой и постепенное снижение градуса взаимной риторики свидетельствуют о том, что дипломатический процесс, несмотря на все сложности, продолжается. Но именно в этот момент возникает закономерный вопрос: все ли региональные игроки заинтересованы в успехе такого диалога?

Для Израиля перспектива нормализации отношений между США и Ираном всегда была крайне чувствительной темой. На протяжении многих лет израильское руководство рассматривало Иран как одну из главных угроз национальной безопасности. Независимо от того, какая политическая сила находилась у власти в стране, подход к Тегерану оставался практически неизменным: иранская ядерная программа воспринималась как серьезный вызов, а расширение влияния Ирана в регионе — как фактор, способный изменить существующий баланс сил на Ближнем Востоке.

Именно поэтому любое сближение Вашингтона и Тегерана неизбежно вызывает обеспокоенность в Израиле. С точки зрения израильского руководства, проблема заключается не только в ядерной программе. В Тель-Авиве опасаются, что ослабление санкционного режима позволит Ирану укрепить свою экономику, расширить региональное влияние и получить дополнительные ресурсы для поддержки союзников в различных частях Ближнего Востока. В Израиле считают, что даже в случае отказа Тегерана от создания ядерного оружия он сохранит возможности для дальнейшего усиления своих геополитических позиций. Поэтому неудивительно, что многие представители израильского политического истеблишмента традиционно выступают против договоренностей, которые, по их мнению, не предусматривают достаточно жестких ограничений в отношении Ирана.

История показывает, что Израиль был одним из наиболее последовательных критиков международных соглашений по иранской ядерной программе. Когда в 2015 году был подписан Совместный всеобъемлющий план действий, более известный как "ядерная сделка", израильское руководство открыто заявляло, что документ не устраняет угрозу, а лишь откладывает ее решение на будущее. Эти опасения во многом сохраняются и сегодня.

Если Вашингтон действительно намерен двигаться к более масштабному соглашению с Ираном, неизбежно возникнет вопрос о реакции Израиля и его дальнейших действиях. Существует несколько сценариев, при которых позиция Израиля способна осложнить или даже сорвать переговорный процесс.

Первый связан с военной составляющей. Любая масштабная операция против объектов, связанных с иранской ядерной программой, способна перечеркнуть дипломатические усилия последних месяцев. Даже ограниченный удар по иранской инфраструктуре может вызвать ответную реакцию Тегерана, после чего переговоры окажутся под угрозой срыва.

Второй сценарий касается региональных конфликтов. Одним из наиболее чувствительных направлений остается ситуация вокруг Ливана. Любое серьезное обострение между Израилем и движением "Хезболла", которое считается союзником Ирана, неизбежно окажет влияние на весь регион и может существенно осложнить американо иранский диалог.

Неслучайно журналисты уже задавали Дональду Трампу вопрос о том, сможет ли сохраниться договоренность с Ираном в случае возможной израильской операции в Ливане. Американский лидер допустил такую возможность, однако сам факт появления подобных вопросов демонстрирует, насколько тесно сегодня переплетены дипломатия и вопросы безопасности на Ближнем Востоке.

Третий сценарий связан с внутренней политикой США. Израиль традиционно обладает серьезным влиянием на американскую политическую систему. Любая администрация в Вашингтоне вынуждена учитывать мнение своего ключевого союзника на Ближнем Востоке. Если внутри США усилится давление со стороны политических кругов, выступающих против соглашения с Ираном, переговорный процесс может столкнуться с дополнительными трудностями.

Однако было бы ошибкой рассматривать ситуацию исключительно через призму противостояния Израиля и Ирана. Реальная картина значительно сложнее.

Израиль также заинтересован в стабильности. Масштабная война с Ираном или новый региональный конфликт способны нанести серьезный ущерб безопасности, экономике и международным позициям самого еврейского государства. Именно поэтому часть израильского экспертного сообщества допускает, что контролируемое и прозрачное соглашение между США и Ираном может оказаться предпочтительнее бесконечной конфронтации. Главный вопрос заключается в содержании будущих договоренностей. Если Израиль будет убежден, что соглашение действительно исключает возможность появления у Ирана ядерного оружия и предусматривает эффективные механизмы международного контроля, сопротивление может оказаться менее жестким, чем предполагают многие наблюдатели.

Кроме того, меняется и сам Ближний Восток. Регион постепенно устает от постоянных конфликтов. Государства Персидского залива все активнее делают ставку на экономическое развитие, инвестиции, технологические проекты и модернизацию своих экономик. Даже страны, которые еще недавно находились в состоянии острого соперничества, все чаще ищут возможности для диалога и сотрудничества.

На этом фоне новая масштабная война выглядит все менее привлекательным сценарием для большинства региональных игроков.

Иран также находится перед серьезным выбором. Страна обладает значительным экономическим потенциалом, образованным населением и богатыми природными ресурсами. Смягчение санкционного режима и постепенная нормализация отношений с внешним миром способны открыть для Тегерана совершенно новые возможности развития. Однако для этого иранскому руководству необходимо продемонстрировать готовность выполнять взятые на себя обязательства и убедить международное сообщество в мирном характере своей ядерной программы.

Соединенным Штатам, в свою очередь, предстоит найти баланс между поддержкой союзников и стремлением избежать нового масштабного кризиса на Ближнем Востоке. Именно поэтому судьба американо-иранского диалога зависит не только от Вашингтона и Тегерана. Огромное значение будут иметь действия других региональных и международных игроков, среди которых Израиль занимает особое место.

Сегодня Ближний Восток вновь оказался на важной исторической развилке. Один путь ведет к постепенной деэскалации, расширению дипломатических контактов и формированию более устойчивой системы региональной безопасности. Другой — к очередному витку противостояния, способному вновь погрузить регион в состояние хронической нестабильности.

Поэтому главный вопрос заключается не в том, способен ли Израиль осложнить процесс американо-иранского сближения. Гораздо важнее другое: готовы ли все участники отказаться от логики бесконечного противостояния ради долгосрочной стабильности и безопасности региона? Именно от ответа на этот вопрос во многом будет зависеть будущее не только отношений между США и Ираном, но и всего Ближнего Востока.

Р.ВЕЛИЕВ