Очередное выступление министра иностранных дел Армении Арарата Мирзояна на сессии Парламентской ассамблеи Совета Европы окончательно расставило точки над «i». ПАСЕ больше не притворяется нейтральной международной площадкой и не скрывает своей роли: она сознательно и системно действует не как арбитр, а как политический адвокат армянского сепаратизма, прикрытого риторикой гуманизма, прав человека и «миротворческих усилий».

С высокой трибуны вновь прозвучали требования к Азербайджану освободить «удерживаемых лиц». Формулировки были привычно обтекаемыми, слова — тщательно выверенными, но суть осталась прежней. Под видом гуманитарной озабоченности и разговоров о примирении европейская структура требует от Баку фактически одного — отказаться от правосудия и освободить лиц, которые десятилетиями занимались подрывом суверенитета Азербайджанского государства, участвовали в создании и управлении незаконными вооруженными формированиями и несут прямую ответственность за тяжелые преступления против азербайджанского народа.

В основе всей этой кампании лежит сознательное искажение реальности, которое давно стало фирменным стилем как армянской дипломатии, так и поддерживающих ее европейских институтов. Ключевой элемент этого искажения — терминологическое мошенничество. Задержанных в Азербайджане лиц упорно называют «военнопленными» или «политическими заключенными», хотя ни одно из этих определений не выдерживает элементарной правовой проверки. Речь идет не о солдатах регулярной армии и не о гражданских активистах, а о функционерах сепаратистского режима и боевиках незаконных вооруженных формирований, действовавших на территории Азербайджана и подчинявшихся структурам, не имеющим никакой международной легитимности.

Эти люди не оказались в заключении за взгляды или убеждения. Они были задержаны за конкретные действия — за участие в вооруженном сопротивлении, за организацию и руководство незаконными структурами, за решения, которые привели к гибели мирных жителей, массовым депортациям и разрушению населенных пунктов. Подмена этих фактов абстрактными формулировками — не ошибка, а осознанная политическая стратегия.

Неслучайно ПАСЕ и представители Армении старательно избегают упоминания конкретных имен. Каждое имя разрушает удобный миф о «невинных удерживаемых». Аркадий Гукасян, Бако Саакян, Араик Арутюнян — в европейских документах их предпочитают называть «бывшими президентами». Но это не более чем словесный камуфляж. В действительности речь идет о руководителях незаконного сепаратистского образования, людях, которые принимали ключевые политические решения в период оккупации азербайджанских территорий и несли ответственность за милитаризацию Карабаха.

Именно при их руководстве происходили этнические чистки, сотни азербайджанских населенных пунктов были разрушены или стерты с лица земли, а более миллиона человек стали беженцами и вынужденными переселенцами. Их подписи стояли под приказами и решениями, последствия которых измеряются не дипломатическими формулами, а человеческими жизнями, сломанными судьбами и выжженной землей.

Когда Европа говорит о гуманизме, она предпочитает не вспоминать Ходжалинский геноцид 1992 года, массовые убийства мирных жителей в Агдаме, Физули и Джебраиле, систематическое уничтожение мечетей, кладбищ и исторических памятников. Эти преступления не были случайными или побочными эффектами войны. Они носили системный характер и являлись частью политики запугивания и вытеснения азербайджанского населения с оккупированных территорий.

Руководители сепаратистского режима не просто знали о происходящем — они были частью системы, которая это происходящее допускала, оправдывала и поощряла. Однако в резолюциях ПАСЕ этим эпизодам либо не находится места вовсе, либо они упоминаются вскользь, без указания виновных и без каких-либо политических выводов. Европейская память здесь оказывается избирательной, а гуманизм — строго дозированным.

Особую опасность представляет та подмена понятий, в которую ПАСЕ вовлекает международное сообщество. Сепаратизм в Карабахе настойчиво преподносится как форма «самоопределения», незаконные вооруженные формирования — как «одна из сторон конфликта», а их лидеры — как «политические фигуры». Если бы эта логика применялась последовательно и универсально, Европа давно бы захлебнулась в легитимизированных мятежах, а любое государство утратило бы право защищать свою территориальную целостность.

Выступление Арарата Мирзояна стало еще одним примером политического шантажа под видом гуманизма. Освобождение четырех задержанных преподносится как аргумент в пользу того, что Азербайджан «обязан» пойти дальше. Добровольный гуманитарный шаг превращается в обязательство, жест доброй воли — в инструмент давления, а справедливость — в разменную монету на дипломатических торгах. Но Азербайджан не обязан обменивать правосудие на одобрительные реплики европейских залов и нести ответственность за преступления, совершенные против него самого.

Армянская сторона десятилетиями скрывала места захоронений, уничтожала следы преступлений и отказывалась передавать карты минных полей. Уже после 2020 года на освобожденных территориях были обнаружены массовые захоронения, о которых в Ереване знали задолго до этого. Но ПАСЕ предпочитает не задавать неудобных вопросов, потому что они разрушают тщательно выстроенный образ односторонней жертвы и заставляют говорить о реальной ответственности.

Фактически Парламентская ассамблея Совета Европы утратила нейтралитет. Она действует в логике одностороннего давления, подрывает доверие к собственным резолюциям и все меньше напоминает правозащитный институт. Все чаще она выглядит как политический инструмент, обслуживающий конкретную повестку и поощряющий реваншистские иллюзии.

Позиция Баку в этой ситуации предельно ясна. Сепаратизм будет преследоваться, преступления не будут амнистированы по требованию извне, суверенитет не подлежит торгу. Это не жестокость и не упрямство, как пытаются представить в европейских кулуарах. Это принципиальная государственная позиция, без которой невозможны ни устойчивый мир, ни подлинное примирение.

И потому главный вопрос сегодня адресован не Азербайджану, а Европе. Когда ПАСЕ требует освобождения сепаратистов, готова ли она взять на себя ответственность за их преступления? Готова ли она признать страдания азербайджанского народа и отказаться от двойных стандартов? Пока ответы на эти вопросы остаются отрицательными, ПАСЕ продолжает оставаться не частью решения, а частью проблемы — проблемы, которая все глубже подрывает доверие к европейским институтам и к самой идее справедливого международного порядка.

З.РАСУЛЗАДЕ