Интенсивное развитие Баку началось в 70-х годах XIX века и было тесно связано с началом добычи нефти в промышленных масштабах.

Принятые к концу XIX столетии. правовые акты, касающиеся развития нефтяной промышленности, привели к наплыву частного капитала в Бакинскую губернию, в результате чего добыча полезных ископаемых существенно увеличилась. Изменение законодательства, совершенствование технологии добычи и транспортировки нефти привели к интенсивному развитию нефтяной промышленности.

Развитие Баку привело к тому, что город стал одним из самых многонациональных на Кавказе. Понемногу начали появляться здесь и поляки. В конце XIX – начале XX в. в Бакинской губернии проживала довольно многочисленная польская община.

Значительная часть приезжих поляков относилась к интеллигенции. Среди них были ученые, педагоги, архитекторы, которые спроектировали в Баку множество зданий, а также представители технических профессий. Были и известные личности, внесшие большой вклад в развитие нефтяной промышленности, которая ускоряла развитие экономики региона. В этом контексте необходимо назвать два имени – Витольда Згленицкого и Павла Потоцкого.

ВИТОЛЬД ЗГЛЕНИЦКИЙ (1850-1904)

Витольд Згленицкий родился в 1850 году в мазовецкой деревне Старая Варгава. С 1866-го учился на физико-математическом факультете в Варшавской главной школе (позднее — Варшавский Университет), а затем в Горном институте в Санкт-Петербурге. После окончания учебы в 1875 году работал в Польше. В 1891-м он получил должность в Рижской пробирной палате, а несколько месяцев спустя его приняли на работу в аналогичную палату в Баку, где он проработал тринадцать лет до самой своей кончины в 1904 году.

Вскоре после прибытия в Бакинскую губернию Згленицкий сконструировал передовой для того времени аппарат, предназначенный для измерения кривизны и отклонений скважин. Свое изобретение он представил на заседании Бакинского отделения Императорского Русского технического общества. Проект этот реализовали и применили на практике, так как оказалось, что аппарат, сконструированный инженером, позволяет увеличить скорость бурения в результате более раннего обнаружения кривизны скважины, появляющейся в процессе бурения.

Згленицкий занимался также исследованием нефтяных месторождений, расположенных на Абшеронском полуострове. Он одним из первых в мире установил, что газонефтяные вулканы указывают на обильные залежи нефти на этих территориях. Это опровергало общепринятое мнение, бытовавшее вплоть до 1930-х гг. о том, что эти вулканы негативно влияют на образование залежей нефти.

В результате анализа собранных данных Згленицкий сделал вывод, что чем ближе к берегу моря находятся территории, тем богаче они углеводородами. В связи с этим он начал исследования в заливе Биби-Эйбат и на островах, находящихся недалеко от Абшеронского полуострова.

Научно-изыскательская деятельность польского инженера получила широкое признание среди местных предпринимателей, которые занимались поисками энергетического сырья. Это привело к тому, что он стал одним из специалистов, приглашенных в 1900 году советом бакинских нефтяных промышленников для определения на Абшеронском полуострове территорий, на которых планировалось произвести пробное бурение для добычи нефти.

Згленицкий разработал подробный план залежей нефти. В своей работе он представил 165 территорий, которые можно было эксплуатировать при помощи техники начала XX века. Многие из этих парцелл находились в море, так как инженер указал, что наибогатейшие залежи энергетического сырья находятся именно там.

Згленицкий представил также технический план использования указанных залежей нефти. В специализированной литературе это была первая в истории работа такого типа. Таким образом, Згленицкий стал новатором в деле добычи нефти из-под морского дна. Здесь, однако, нужно подчеркнуть, что речь идет о промышленной добыче нефти.

Работа Згленицкого представляла собой результат его ранних исследований. Еще в 1896 году он обращался в администрацию Бакинской губернии с просьбой выделить ему два участка земли, находящихся в заливе Биби-Эйбат, для добычи нефти при помощи платформ, сооруженных непосредственно в море.

К этой просьбе он прилагал новаторский технический проект, представляющий идею эксплуатации этих участков. Инженер планировал построить в море нефтяные вышки, установленные на сваях, вбитых в дно. Нефть должна была собираться на гидроизоляционном мосту, а затем ее можно сливать в танкер. В случае неожиданного выплеска нефти из вышек Згленицкий планировал использовать специальную железную баржу объемом 200 тыс. пудов (пуд -16,38 кг), которая обеспечила бы безопасный вывоз нефти.

Польский инженер не получил положительного ответа на свое предложение. Это объяснялось тем, что вопросы, касающиеся морского дна, не относились к компетенции административных органов, к которым он обратился.

Тогда Згленицкий направил свою просьбу в Министерство земельных и государственных имуществ, откуда она была передана для оценки в Горный департамент. Работники этого учреждения дали отрицательный ответ, объяснив его тем, что добыча нефти из-под морского дна принесет убытки рыболовству, а строительство буровых установок в море будет представлять угрозу для кораблей. Однако чиновники признали, что нужно провести подробное исследование Каспийского моря на предмет наличия в нем залежей нефти и установить технические и экономические возможности эксплуатации нефтяных месторождений.

В 1897 году этим вопросом занялась специально созданная комиссия. Она установила, что имеется экономически оправданная возможность добычи нефти, но только не со дна моря непосредственно, а после того, как часть побережья будет предварительно засыпана землей. В 1900 году Згленицкий еще раз попытался убедить комиссию, что строительство буровых вышек непосредственно в море оправдано, но и тогда его проект не приняли. Это было связано с решением российского правительства засыпать залив Биби-Эйбат на поверхности в 300 десятин.

Инженер так и не дождался начала этих работ, так как умер в 1904 году от неизлечимого в то время сахарного диабета. В 1901-м за заслуги в научной деятельности Згленицкий получил от государства участок земли с залежами нефти, расположенный недалеко от поселка Сураханы, а полгода спустя – еще один участок, также находящийся на Абшеронском полуострове. Ему также выделили морской участок и дали согласие засыпать его. Некоторые нефтяные участки Згленицкий купил на свои собственные средства.

Помимо них он имел еще несколько парцелл, где залегали разные минералы. В результате на момент смерти польский инженер владел примерно 1 000 гектарами земли и около 220 гектарами морского дна.

Почувствовав приближение смерти, Згленицкий составил завещание, в котором отписал значительную сумму Бакинскому отделению Императорского Русского технического общества, Бакинскому Католическому Благотворительному обществу на строительство польского костела в Баку и Плоцкому Католическому Благотворительному обществу.

Однако наибольшая сумма была отписана Кассе им. Иосифа Мяновского. Этот фонд был образован в 1881 году и занимался оказанием помощи исследователям и научным издательствам на польских территориях Российского раздела. Благодаря легату Згленицкого фонд должен был получать доход с половины участка, находящегося около поселка Сураханы.

Кроме того, после осуществления выплат другим наследникам Кассе предназначались остальные суммы, «при условии, что процент от этого капитала будет использован для выдачи наград по усмотрению Правления Кассы за лучшие работы в общеевропейской литературе, искусстве и науке, по примеру Нобелевской премии».

Члены Кассы им.Мяновского весьма скептически отнеслись к оставленному ей Згленицким наследству. В определенной степени это было обусловлено тем, что значение переданного Кассе имущества трудно было оценить в 1905-м.

Изначально даже имелось намерение продать эти участки, но в конце концов решили сдать их в аренду частным фирмам. Самый ценный участок получило Каспийско-Черноморское общество, одно из самых больших обществ на Кавказе, контролируемое семьей Ротшильдов. На основе договора Общество должно было выплачивать Кассе среднюю биржевую цену от стоимости 1/6 части добытого газа и 1/5 части добытой нефти.

Первые денежные поступления начались в 1908 году. Изначально это была небольшая сумма, однако с каждым годом она резко возрастала. Постоянное поступление дохода прекратилось в середине 1915 года из-за военных действий и прерванной коммуникации с Кавказом. В течение этих семи лет Касса получила от эксплуатации нефтяных участков, оставленных ей Згленицким, почти 2 млн рублей, что составляло в то время около 1 млн долларов. В тот период это была такая большая сумма, что Касса даже не имела возможности израсходовать эти средства.

Дальнейшее использование наследства Згленицкого для финансирования науки принесло бы огромную пользу для возрождающегося польского государства. Однако возникли сложности, связанные с установлением советской власти в Азербайджане.

Проведенная впоследствии национализация нефтяных земель сделала невозможным для Кассы им. Иосифа Мяновского далее иметь доходы с участков, полученных ею по завещанию Згленицкого (Вопрос о доходах, получаемых Кассой по завещанию Згленицкого, являлся настолько важным, что был поднят правительством Польши во время переговоров с большевиками в 1923-м на тему признания Польшей Союза Советских Социалистических Республик).

В результате принятия решения о добыче нефти со дна залива Биби-Эйбат после того, как он будет засыпан землей, в 1906 году был объявлен международный конкурс на выполнение этих работ. К ним приступили в 1909-м, а год спустя руководство работами доверили Павлу Потоцкому. Таким образом, еще один поляк сыграл большую роль в развитии нефтяной промышленности на Абшеронском полуострове, продолжая работы по добыче нефти с морского дна.

(Продолжение следует)

П.АДАМЧЕВСКИ,
Е.КУЗАВЛЕВА-АДАМЧЕВСКА