«Новая Ялта» или новый мировой порядок: почему Азербайджан не должен беспокоиться
Пока Вашингтон, Москва и Пекин готовятся к исторической встрече в Шэньчжэне, мир задается вопросом: не станет ли этот саммит началом нового передела сфер влияния? Для Азербайджана принципиально важно другое: в меняющемся мировом порядке Баку должен оставаться самостоятельным центром принятия решений, а не объектом геополитического торга.
19 ноября 2026 года в китайском Шэньчжэне ожидается событие, которое уже привлекло внимание всего мира. Дональд Трамп, Владимир Путин и Си Цзиньпин должны провести первую в истории трехстороннюю встречу в таком формате. Сам факт встречи лидеров трех крупнейших мировых держав имеет огромное символическое значение. США, Россия и Китай представляют различные политические, экономические и стратегические интересы, однако именно от характера их взаимодействия во многом зависит архитектура международной безопасности. Неудивительно, что в экспертных кругах все чаще звучит выражение «новая Ялта».
В феврале 1945 года в Ялте руководители СССР, США и Великобритании обсуждали послевоенное устройство мира. Тогда решения трех держав определили многие принципы международной системы на десятилетия вперед.
Сегодня ситуация принципиально иная. Вместо послевоенной Европы перед нами глобальная система, в которой переплетены экономическая конкуренция, энергетическая безопасность, технологическое противостояние, ядерное сдерживание и региональные конфликты. Поэтому сравнение Шэньчжэня с Ялтой пока скорее политическая метафора, чем описание реального механизма раздела мира.
У каждой из трех держав собственная повестка. Вашингтон заинтересован в стратегической стабильности и обсуждении контроля над ядерными вооружениями. Москва стремится укрепить свои международные позиции и продвинуть собственное видение вопросов безопасности. Пекин заинтересован в подтверждении своего статуса одного из главных центров мировой политики. При этом наличие трех участников еще не означает существования единой позиции. Между ними сохраняются серьезные противоречия, а достижение договоренностей по наиболее сложным вопросам вовсе не гарантировано. Однако уже сам факт появления подобного формата заставляет другие государства задуматься о своем месте в формирующейся международной системе.
Особенно внимательно за происходящим наблюдает Европа. Европейские страны не хотят оказаться в положении сторон, которым супердержавы сообщают о результатах переговоров уже после принятия принципиальных решений. Но главный вопрос заключается не только в Европе. Он касается всех государств, которые не входят в узкий круг мировых центров силы.
Для Азербайджана дискуссии о возможном переделе сфер влияния имеют особое значение. Южный Кавказ исторически находился на пересечении интересов различных империй и крупных держав. Географическое положение региона делало его важным стратегическим пространством, но одновременно создавало риски внешнего вмешательства. Сегодня ситуация меняется. Азербайджан последовательно формирует собственную внешнеполитическую повестку, исходя из национальных интересов, государственного суверенитета и прагматичного взаимодействия с различными центрами силы.
Принципиальное отличие нынешнего положения Баку заключается в том, что страна не стремится встроить свою внешнюю политику исключительно в интересы какого-либо одного геополитического лагеря. Азербайджан развивает отношения с США, Европейским союзом, Россией, Китаем, Турцией, государствами Центральной Азии и другими международными партнерами.
Показательным примером стала динамика отношений с Китаем. В апреле 2025 года Баку и Пекин установили отношения всеобъемлющего стратегического партнерства.
В феврале 2026 года Азербайджан и США подписали Хартию о стратегическом партнерстве, охватывающую вопросы региональной взаимосвязанности, экономики, энергетики, технологий и безопасности.
Это наглядно демонстрирует, что сотрудничество с одним международным центром силы не предполагает отказа от развития отношений с другими. Именно в этом заключается практический смысл многовекторной внешней политики.
Отдельного внимания заслуживает председательство Азербайджана в Движении неприсоединения в 2019–2023 годах. В течение четырех лет Баку возглавлял организацию, объединяющую государства с различными политическими системами, экономическими возможностями и международными интересами. Этот опыт продемонстрировал возможность продвижения принципов суверенитета, территориальной целостности, невмешательства во внутренние дела и равноправного международного сотрудничества.
Одним из важнейших факторов международного значения Азербайджана остается его экономическая и географическая роль.
Страна находится на пересечении транспортных маршрутов, связывающих Европу и Азию, а также обладает значительными энергетическими ресурсами. Средний коридор, соединяющий Китай и Европу через Центральную Азию, Каспийское море, Азербайджан и Грузию, приобретает все большее значение в условиях необходимости диверсификации международных транспортных цепочек. Всемирный банк в своих исследованиях отмечает потенциал этого маршрута для развития торговли и повышения устойчивости международных логистических связей.
Не менее важен энергетический фактор. Южный газовый коридор обеспечивает поставки азербайджанского газа на европейские рынки. По данным Европейской комиссии, в 2025 году SOCAR поставляла газ в 14 государств, включая восемь стран ЕС, а с января 2026 года начались поставки в Германию и Австрию.
Таким образом, Азербайджан является не просто географическим пространством между Востоком и Западом. Он становится участником процессов, имеющих непосредственное значение для экономической и энергетической безопасности целого ряда государств.
После восстановления полного суверенитета над своей территорией Азербайджан получил новые возможности для формирования региональной повестки. Баку последовательно продвигает идею долгосрочного мира на Южном Кавказе, нормализации отношений с Арменией, открытия транспортных коммуникаций и развития экономического сотрудничества. Принципиально важно, чтобы региональные вопросы решались прежде всего непосредственными участниками, а внешние партнеры способствовали достижению договоренностей, а не превращали Южный Кавказ в арену конкуренции своих геополитических интересов.
Мир вступает в период серьезной трансформации. Однополярная модель международных отношений постепенно уступает место более сложной системе взаимодействия различных центров силы. Встреча Путина, Трампа и Си Цзиньпина в Шэньчжэне может стать важным символом этой трансформации. Но ее результаты покажут, насколько далеко три державы готовы пойти в поиске компромиссов. Возможно, в Шэньчжэне действительно начнется новый этап международной политики. Но каким бы ни оказался будущий мировой порядок, у Азербайджана есть собственная задача: не оказаться за чужим переговорным столом в качестве предмета обсуждения, а самому участвовать в формировании решений, определяющих будущее региона.
З.РАСУЛЗАДЕ
Другие новости
Арзу Нагиев: оборонный бюджет важен не только своим размером
Как это было: о визите Шарля де Голля в Баку в 1944 году
Никол Пашинян согласился с Джейхуном Байрамовым
Баку и Берлин готовят новый этап сотрудничества
Итоговая декларация Бакинского диалога распространена в качестве официального документа ООН

Читайте нас в Telegram. Самые важные новости Азербайджана и мира
Запечатлейте и отправьте события, свидетелями которых вы были