Ближний Восток устал от бесконечных провокаций

 Ближний Восток снова оказался на грани масштабной войны. Регион, который за последние десятилетия пережил бесчисленное количество конфликтов, переворотов, военных операций и гуманитарных катастроф, вновь оказался заложником политики эскалации. И вновь в центре событий оказался премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху, который на протяжении многих лет демонстрирует удивительную способность превращать любой кризис в новый виток противостояния.

 Последние события вокруг Ирана стали очередным подтверждением этой тенденции. Израиль нанес новую серию ударов по территории Исламской Республики, атаковав системы противовоздушной обороны в западных и центральных районах страны. В ответ Тегеран заявил о готовности защищать свою безопасность всеми доступными средствами, а военное командование Ирана предупредило о возможности более жестких ответных действий в случае продолжения атак.

 В итоге мир вновь оказался в нескольких шагах от большого регионального конфликта.Остановить дальнейшую эскалацию удалось лишь после вмешательства президента США Дональда Трампа. По данным израильских источников, именно после телефонного разговора с американским лидером Израиль согласился прекратить удары по Ирану.Возникает закономерный вопрос: если атаки можно остановить одним телефонным звонком из Вашингтона, то зачем они вообще начинались? Этот вопрос сегодня задают не только в Тегеране, но и во многих арабских столицах.

За годы пребывания у власти Биньямин Нетаньяху сформировал особую политическую модель, в которой внешняя угроза играет роль важнейшего инструмента внутренней мобилизации.Практически каждый серьезный политический кризис внутри Израиля сопровождался ростом напряженности на внешнем контуре.Иран на протяжении многих лет остается главным элементом этой стратегии.Тегеран последовательно изображается как экзистенциальная угроза существованию еврейского государства. При этом любое дипломатическое сближение между Ираном и Западом неизменно вызывает раздражение израильского руководства.

 Так было во время переговоров по ядерной программе.Так происходит и сейчас.Любые попытки снизить напряженность воспринимаются сторонниками жесткой линии как опасность для сложившейся политической конструкции.В результате регион оказывается заложником логики постоянного противостояния.

 Сторонники израильских действий традиционно утверждают, что речь идет исключительно о вопросах национальной безопасности.Однако проблема заключается в том, что последствия подобных операций выходят далеко за рамки двусторонних отношений между Израилем и Ираном.Любой масштабный конфликт между этими странами неизбежно затронет весь Ближний Восток.Под угрозой окажутся морские коммуникации в Персидском заливе.Резко возрастут риски для мирового энергетического рынка.Могут быть нарушены поставки нефти и газа.Серьезные последствия почувствует мировая экономика.

 Особенно опасным выглядит риск вовлечения в конфликт других государств региона.Ливан, Сирия, Ирак, Йемен и ряд других стран уже давно являются частью сложной системы региональных противоречий.Любая крупная эскалация способна вызвать цепную реакцию.Именно поэтому даже ограниченные удары по территории Ирана вызывают столь серьезную обеспокоенность международного сообщества.

 Вашингтон прекрасно понимает цену большой войны на Ближнем Востоке.Соединенные Штаты уже потратили триллионы долларов на ближневосточные конфликты за последние десятилетия.Американское общество устало от бесконечных военных авантюр.Даже среди союзников Израиля все чаще звучат вопросы о том, насколько оправдана политика постоянной эскалации.Поэтому неудивительно, что Белый дом предпочитает предотвращать новые войны.

 Фактически сегодня складывается парадоксальная ситуация.С одной стороны, Израиль остается ключевым союзником США в регионе.С другой стороны, именно Вашингтону приходится регулярно сдерживать наиболее радикальные шаги израильского руководства.Это свидетельствует о растущем расхождении между интересами региональной стабильности и политикой отдельных представителей израильского истеблишмента.

 Не менее важным элементом нынешнего кризиса стала реакция Тегерана.Несмотря на удары по своей территории, иранское руководство продолжает делать акцент на сочетании дипломатии и обороны. Президент Масуд Пезешкиан заявил, что Иран не покинет ни поле боя, ни переговорный стол.

 Эта формула отражает нынешнюю стратегию Тегерана.С одной стороны, Иран стремится избежать впечатления слабости.С другой стороны, руководство страны понимает катастрофические последствия полномасштабной войны. Поэтому даже на фоне обмена ударами и жесткой риторики Тегеран оставляет пространство для дипломатических решений.

 За последние годы международное сообщество неоднократно убеждалось в том, что военные методы не способны решить глубинные проблемы Ближнего Востока.Каждый из этих конфликтов начинался под лозунгами безопасности и борьбы с угрозами.Каждый в итоге приводил к новым кризисам, новым жертвам и новым очагам нестабильности.Сегодня региону нужна не очередная военная кампания, а новая система безопасности, основанная на диалоге и взаимных гарантиях.Однако подобная система невозможна до тех пор, пока отдельные политические лидеры продолжают воспринимать силу как главный инструмент решения проблем.

 Для Азербайджана происходящее на Ближнем Востоке имеет особое значение.Наша страна традиционно выступает за мирное урегулирование международных конфликтов и уважение норм международного права.Азербайджан заинтересован в стабильности региона, безопасности транспортных коридоров и устойчивом развитии экономических связей.

 Ближний Восток слишком долго жил в состоянии перманентного кризиса.И если международное сообщество действительно заинтересовано в стабильности, то политика провокаций должна уступить место политике ответственности. В противном случае даже временное прекращение огня окажется лишь короткой паузой перед следующим кризисом.

 Р.ВЕЛИЕВ