Наблюдая за жесткостью полиции в Париже, Брюсселе  порой приходишь к мысли о крахе либерализма на Западе. 
Хотя этот факт уже признают сами европейские политики. Президент Франции  Эммануил Макрон говорит о кризисе демократии. «Мы видим конец западной гегемонии в мире. Обстоятельства меняются...Мировой порядок переживает беспрецедентный кризис. Мир живет в эпоху кризиса рыночной экономики и огромных потрясений в технологическом и экологическом плане. Европейской цивилизации необходима новая, дальновидная стратегия», сказал он. То есть Макрон согласен с тем, что западный цикл в мировой истории заканчивается. Но, несмотря на потерю формального контроля над все большей частью мира , Запад продолжал верить в непоколебимость своей гегемонии. А после развала СССР в 1991 году и вовсе впал в ересь «конца истории».У Макрона хватает мужества признать это – чтобы попытаться спасти то, что ему дорого, а именно западную цивилизацию, точнее ее европейскую часть. Для этого нужна новая стратегия, отвечающая на стоящие перед Францией и Европой вызовы. Самостоятельная стратегия, подчеркивает Макрон, «не подстраивает свою политику под кого-либо». А дальше говорит уже, по сути, не о Франции, а о Европе: «Мы единственные, для кого неподвижность смертельна. Другие могут иметь не многостороннюю, а одностороннюю или двустороннюю стратегию, мы – нет». И снова о Франции – «нам надлежит играть в мире роль державы равновесия». Невозможность провести жесткое разграничение понятна: Макрон сторонник евроинтеграции, то есть передачи все больших полномочий на наднациональный, общеевропейский уровень. То есть Франция постепенно растворяется в Европе. При этом, правда, в Париже рассчитывают, что именно французы будут, по сути, определять если не внешнюю политику Евросоюза, то его международную стратегию.Западная гегемония заканчивается, и все больше укрепляются «новые державы», сказал Макрон – «Китай выдвинулся на первый план, а Россия добивается большего успеха в своей стратегии». Усиление России Макрон прямо связал с ослаблением Запада: Между тем европейцы только недавно начали осознавать всю серьезность ситуации. Эксперты давно предупреждали, что политика мультикультурализма вошла в штопор: она стала основной причиной многопланового панъевропейского кризиса. Наплыв экономических мигрантов в 2015-2017 годах стал лишь очередным примером и подтверждением того, насколько плачевна ситуация. Факты пришлось признать даже самым убежденным сторонникам концепции мультикультурной Европы. Экс-президент Франции Николя Саркози заявил: «Да, это ошибка. Наша демократия в большей степени защищает самосознание не принимающей стороны, а тех, кто к нам приехал». Его преемник Эммануэль Макрон высказался в еще более жестком тоне: «Если кто-то приехал во Францию, он должен интегрироваться с нашим обществом. Иначе пусть он лучше вообще не приезжает». После серии кровавых терактов в Париже и нападений на представителей еврейской диаспоры Макрон призвал мобилизовать силы против «гидры исламизма» и заявил, что антисионизм будет преследоваться так же сурово, как антисемитизм. Бывший британский премьер Дэвид Камерон еще 10 лет назад предупреждал, что его соплеменникам надоел мультикультурализм, а когда призывы не возымели действия, Лондон перешел от слов к делу: к Брекситу. Канцлер Меркель на встрече с немецкой молодежью лаконично констатировала: «Эксперимент провалился». Несмотря на это в 2015 году она впустила в Европу миллион иммигрантов, спровоцировав кризис, который расколол ЕС и стал ударом, от которого он не может оправиться до сих пор. Почему? Между тем Европа сама совершает самоубийство, перемешивая понятия, ценности или целенаправленно подменяя их смысл.  Рушатся все авторитеты, скомпрометировавшие себя алчностью, эгоизмом, продвижением собственных узких интересов. Нарастает ненависть одних расовых и этнических групп к другим. По мнению  «Монд» Европейский Союз, идущий путем мультикультурализма, напоминает Римскую империю, которая стояла у истоков современной Европы. Теперь ЕС тоже раздирают внутренние конфликты, и как Древний Рим, он рискует столкнуться с гражданскими войнами, а также распадом общности на социальном, экономическом и политическом уровне. Когда мы видим сегодняшний европейский проект, мы понимаем, о чем идет речь: в смысле ценностей это тот самый умирающий либеральный проект. Нам его не надо, и не только в силу ценностных различий. Но геополитически мы готовы предложить Европе быть вместе от Лиссабона до Владивостока – то есть от Атлантики до Тихого океана. Демократия в кризисе и в новых странах. Так в Грузии уже 4-й  день продолжаются массовые протесты связанные с отказом парламента принять изменения в Закон о выборах. а  полиция Грузии начала силовые действия по разблокированию входов в здание парламента в Тбилиси. Сообщается, что протестующие пытались оказывать сопротивление, однако под давлением превосходящих сил полиции им пришлось  отступать. «Это конец общей Европы, это конец их демократии!» — уже говорят люди в европейских странах. Налицо кризис демократии, кризис Евросоюза. Чем сильнее будет затягиваться петля политкорректности, петля умолчания, тем сильней будет проявляться радикализм в любых его формах.


Р.Велиев

.