Сегодня мир столкнулся с таким опасным явлением, как агрессивный армянский сепаратизм, что в конкретных категориях выражается в территориальных притязаниях, захвате чужих земель, осуществляемых путем геноцида, террора, депортации. Армянский сепаратизм замешан на человеконенавистничестве с ярко выраженной антитурецкой, антиазербайджанской направленностью, на тюркофобии, что с молоком матери внедряется в сознание армян. Идеология агрессивного армянского сепаратизма основана на пресловутой идее «Великой Армении». Армяне пытаются любым путем доказать, что они – один из древнейших народов мира, которые создали великое государство, границы которого простирались от моря до моря, а потому армяне, мол, имеют «законное» право претендовать на земли соседей. Именно поэтому места компактного проживания армян становятся очагами сепаратизма. Сегодня – это Нагорный Карабах в Азербайджане, Джавахетия в Грузии, завтра – это будут благодатные земли юга России, массами заселенные армянами. И мы не удивимся, если на первых порах армяне будут требовать автономии этого края, а затем и полной его независимости.
Азербайджану не раз приходилось бить коварного армянского врага, посягающего на наши земли. Армянские сепаратисты устраивали резню мирного азербайджанского населения и в начале, и в конце ХХ века, во все времена присваивали культурное наследие азербайджанского народа. Однако спустя почти 30 лет доблестная Азербайджанская Армия, начав контрнаступательную операцию 27 сентября 2020 года, отвоевала наши исконные земли, восстановив территориальную целостность нашей страны всего за 44 дня. Уже 10 ноября все азербайджанцы мира отмечали полную победу над армянскими агрессорами. Слава азербайджанским воинам! 
Сегодня же мы расскажем о героях первой Карабахской войны.

Отомстить за безвинные жертвы

К вечеру заметно похолодало. Мороз крепчал, митингующих в Худаферине становилось все меньше. Не выдержав холода, в основном уходили пожилые. Всю неделю шли беспрерывные протесты против зверств армянских дашнаков и их покровителей. С наступлением сумерек на митинг стали приходить молодые джебраильцы…
Закончив в Баку медицинское училище, Айгюн направили не в родной Физули, а в соседний Джебраил. Работала на станции скорой помощи при Центральной районной больнице. Не раз выезжала на вызовы. Местность здесь гористая, часто приходилось выезжать в горные села за 15-20 километров от райцентра. Молодой медсестре эта работа нравилась. Всякий раз, слыша слова благодарности от пациентов, была счастлива.
К сожалению, недолго продлилось это беззаботное время. Черный дым Карабахской войны, развязанной армянами, охвативший приграничные районы, дошел до Джебраила. Начиная с 1991 г., в этой зоне, граничащей с Гадрутом, шли кровопролитные сражения. Выбрав удобную позицию на скалистых горах, из русских артиллерийских установок враг обстреливал села Джебраильского района.
После каждого боя машины скорой помощи привозили на станцию раненых. Врачи и медсестры работали в напряженном режиме. Снаряды из “Градов” разрывались на улицах Джебраила. В такой сложнейшей обстановке медперсонал по ночам не покидал больницу, оказывая помощь раненым в подвале и подземных убежищах.
Летом 1993 г. над небом Джебраила сгустились черные тучи. Непрерывные атаки армянских фашистов привели к потере Агдере, Агдама, Физули и Джебраила. Вражеские вооруженные формирования, выйдя на Джебраильском направлении к иранской границе, пытались любой ценой взять в плотное кольцо Зангилан. В те тревожные августовские дни Айгюн покидала ставший ей родным Джебраил и, пройдя вдоль берега Араза, добралась до Имишли.
В Министерстве обороны ее задержали ненадолго. Все решили глаза Айгюн, ее взгляд, готовность отомстить агрессору за потерянные земли, смерть невинных людей. К тому же шли тяжелые бои, госпитали нуждались в квалифицированных медицинских кадрах. В такое сложное время медсестра Айгюн Ширинова решила добровольцем отправиться на передовую. Ее направили в военно-полевой госпиталь в Тогана.
Как потом вспоминала Айгюн: “Не хотела быть только в госпитале, рвалась в бой, наказать обезумевших и озверевших армян, отомстить за безвинные жертвы, погибшие на моих глазах. Командование пошло навстречу – сражалась на передовой и одновременно помогала раненым, пострадавшим от мин и снарядов…”
Айгюн недолго участвовала в боевых операциях, но судьба была благосклонной к ее желанию отомстить за убитых соотечественников.
Зима 1994 года выдалась не только суровой, но и неудачной. Айгюн участвовала в зимних боевых операциях на Муровдаге. К сожалению, бои в Муровдаге не принесли азербайджанцам удачи, в этих сражениях потери исчислялись десятками.
В один из морозных февральских дней, сидевшие во дворе военно-полевого госпиталя медработники, вспоминали погибших солдат. Вдруг все увидели приближавшегося к ним старца. Айгюн сразу узнала его – это был уроженец Джебраила, мастер слова, народный писатель Сабир Ахмедли… Он хотел узнать о сыне Мухаммеде – бойце Национальной армии. Но никто не мог точно сказать писателю, жив ли его сын.
Сабир подошел к девушке в белом халате. Остановившись в нескольких шагах от нее, по-отечески и с надеждой в голосе спросил:
– Айгюн, доченька, и ты здесь? Разве не боитесь пурги?
Айгюн словно лишилась голоса. Родной, ласковый и в то же время усталый голос писателя растрогал медсестру, к горлу подкатил комок. Она сумела только сказать: “Мухаммед…”, слезы не дали ей выговориться. Писатель все понял. От этой горькой вести он вдруг превратился в сгорбленного старика.
Не раз судьба испытывала Айгюн на прочность. Смерть преследовала ее повсюду, она видела десятки погибающих, но пропахшая порохом, сроднившаяся с автоматом Айгюн не изменилась.
Рассказывает Айгюн Ширинова: “Никогда не забуду Марифата Алиева из Гарадагского района. Как-то заглянул он в госпиталь, попрощался с нами, сказал, что завтра отправляется на трудное задание. На следующий день привезли много трупов и раненых. Осматривая раненых, услышала стон одного из солдат: «Айгюн!..»
Не сразу узнала его – лицо было в сплошных кровоподтеках, потом вновь этот тяжелый голос: “Это я – Марифат”.
Срочно начали оперировать. Как могла - подбадривала истекающего кровью бойца. Через несколько дней Марифата переправили в Гянджинский госпиталь. Ему оставалось немного – там он и скончался…
В очередной приезд в госпиталь Гянджи один из работников сообщил, что меня ищут. Подошел бородатый парень: “Я – брат Марифата. Когда он умирал, попросил меня найти Айгюн и поблагодарить ее, потому что она очень беспокоилась за меня…”
С Муровдага все еще поступали тревожные сообщения. Азербайджанские войска перешли в контрнаступление и вынудили армян оставить занятые позиции. Но Азербайджан потерял немало бойцов, десятки раненых отправили в госпитали. Работы у медиков хватало. Перевозка трупов, оказание срочной помощи раненым… Труднодоступны горные перевалы не раз преграждали путь машинам.
Айгюн часто отправлялась в опасную дорогу, перевозила больных и раненых. Однажды на резком повороте водитель не смог тормознуть, потерял управление, и только чудом машина не упала в ущелье. От сильного удара Айгюн сломала руку.
Демобилизовавшись из армии, Айгюн Ширинова в последствии нередко вспоминала фронтовые дни.

.