В марте 1920 года бандитские формирования карабахских армян, подкрепленные регулярными воинскими частями Армении и артиллерией, по заранее намеченному плану совершили одновременно нападения на азербайджанские войсковые части, расположенные в Шуше, Ханкенди, Аскеране, Ходжалы, Тертере и других пунктах, предварительно прервав телеграфное и телефонное сообщения.
События в Карабахе вскоре стали предметом обсуждения на заседании Парламента Азербайджанской Республики 1 апреля 1920 года. В своем выступление министр внутренних дел Азербайджанской Республики Мустафа Векилов подробно остановился на событиях, которые предшествовали вооруженному мятежу армян в Шуше.
В частности, он отмечал: «20 марта в Шуше двумя правительственными чиновниками, приставами-армянами, были введены в город около двадцати пяти вооруженных армян. К 22 марта число этих вооруженных лиц было доведено до двухсот человек. Такое же количество вооруженных лиц присоединилось к этому отряду из городских армян. В 3 часа ночи 22 марта этими вооруженными лицами было совершено нападение на наших аскеров. Хотя наши солдаты совершенно не ожидали этого нападения и жители Шуши были заняты празднованием Новруза, все же это вероломное нападение было отражено нашими доблестными воинами.
23 марта Шуша была совершенно очищена от вооруженных банд. В это же самое время из соседних армянских селений было совершено нападение на наших аскеров в Ханкенди. Это нападение с большим уроном для армян было отражено. Одновременно было совершено нападение на Аскеран. Так как в Аскеране находился немногочисленный отряд наших аскеров, то армянам удалось занять город. Из имеющихся у нас данных выясняется, что это восстание, руководимое какой-то внешней силой, готовилось уже несколько месяцев. И по сигналу пушечного выстрела из одной деревни около Шуши совершено было нападение на наших солдат. Кроме вышеназванных пунктов армяне совершили нападение на Карягино, Зангезур и Тертер, но это наступление также с большим уроном для армян было отражено нашими воинами.
Такое вероломное нападение на наших аскеров вызвало сильное волнение среди населения. Со всех концов стекаются партизанские отряды. Для установления в Карабахе нормальной жизни, нарушенной безответственными бандами, правительством приняты срочные меры и оно уверено, что в скором времени в Карабахе установится порядок, и жизнь войдет в свою нормальную колею».
Надо сказать, что выступление М.Векилова вызвало неоднозначную реакцию со стороны членов социалистической фракции парламента. Один из ее лидеров Алигейдар Караев обвинил правительство в том, что оно, несмотря на его предупреждения, оказалось не готовым к подобному развитию событий. А.Караев пытался доказать, что события в Карабахе надо рассматривать более шире и что это - часть коварного плана, подготовленного против Анатолии (имеется в виду Национально-освободительное движение во главе с Мустафа Кемалем – ред.) и Азербайджана.
По его мнению события были спровоцированы силами, которые ранее поддерживали армию Деникина: «Посмотрите, куда бегут остатки армии Деникина. Вы тогда поймете, какую опасность для Азербайджана представляет добровольческая армия, направляющаяся в Энзели. Сегодня деникинские силы скапливаются в Армении».
Из выступления А.Караева можно было сделать вывод, что за событиями в Карабахе стояли англичане, которые поддерживали армию Деникина и Армению. Исходя из этого посыла, А.Караев делал вывод, что азербайджанское правительство не в силах устоять перед этой угрозой и единственным выходом из ситуации является обращение за помощью к Советской России.
Таким образом, один из лидеров социалистов в парламенте пытался использовать события в Карабахе для того, чтобы проложить путь Красной Армии Советской России в Азербайджан. Тем более что в этот же период между внешнеполитическими ведомствами Азербайджана и России шла переписка, в котором нарком иностранных дел Советской России Г.Чичерин обвинял правительство Азербайджана в том, что оно всячески уклоняется от совместных действий против армии Деникина и даже пытается приютить отступающие ее части на своей территории.
После А.Караева слово взял лидер фракции партии «Мусават» М.Э.Расулзаде. Он отметил, что правительство столкнулось с врагами, поднявшими мятеж не только в Карабахе, но и в Баку, столице Азербайджана. Расулзаде отметил, что между этими силами нет никакой разницы: «…Здесь говорят: чтобы разбить врага в Карабахе, сюда надо призвать войска Советской России. Кто это говорит? Представитель азербайджанского народа или член учредительного собрания России? …Это ли патриотизм? Я здесь слышу слова не члена Азербайджанского парламента, а агента России…. Сегодня настоящим патриотизмом является взяться за оружие и направиться в Карабах. Другой задачи нет».
Эти слова Расулзаде были встречены бурными аплодисментами большинства членов парламента. 
Выступивший затем лидер партии «Иттихади Ислам» Карабек сделал небольшой экскурс в историю армяно-азербайджанских отношений, напомнив депутатам о событиях марта 1918 года, о преступных деяниях армян в Нахчыване, Зангезуре, Карсе, Турции.
Карабеков считал, что время для мятежа армяне выбрали не случайно: «Они видят, что с Севера над нами нависла серьезная угроза. Поэтому они поднимают мятеж внутри страны».
В то же время К.Карабеков, как и А.Караев, рассматривал события в Карабахе в более широком геополитическом ракурсе, связывая их с событиями в Турции, мусульманском мире, с Антантой. В качестве выхода из сложившей ситуации Карабеков предлагал связать деятельность правительства с движением в Анатолии и установить дружеские отношения с Советской Россией. Карабеков пытался убедить членов парламента, что красные войска России не нарушат границ Азербайджана, поскольку якобы большевики высоко ценят флаг независимости, поднятый трудящимися Азербайджана.
Последние слова К.Карабекова вызвали реакцию со стороны М.Э.Расулзаде, который бросил с места реплику: «Хотелось бы услышать эти слова не от тебя, а из уст Чичерина».
В результате принятых правительством мер, азербайджанским вооруженным силам, дислоцированным в Карабахе во главе с генералом Габиб беком Селимовым, в начале апреля удалось подавить основные опорные точки мятежников в Шуше и Аскеране и восстановить власть карабахского генерал-губернатора в регионе.
В письме от 9 апреля 1920 года министру иностранных дел Армении Амо Оганджаняну дипломатический представитель Армении в Азербайджане Мартирос Арутюнян дал подробный отчет о встрече с министром иностранных дел Азербайджанской Республики Ф.Х.Хойским, в ходе которой были обсуждены последние события в Карабахе. Как следует из отчета армянского представителя, Ф.Х.Хойский однозначно отметил, что последние события в Карабахе были заранее запрограммированы армянской стороной: «Доказательством организованности нападения армян являлся факт нахождения орудий в отдельных селах. Кроме того, правительство Армении проводило в этом районе систематическую и организованную деятельность. У убитых в Аскеране вооруженных армян были обнаружены документы за подписями членов армянского правительства. Из этих документов выяснялось, что правительство Армении назначило в эти районы чиновников. Генерал Мехмандаров, весьма беспристрастный человек; он в своем докладе показывает, что в Карабахе появился батальон армянской регулярной армии. Все это доказывает, что все эти действия исходят от Армении».
Получив мощный удар, армянские сепаратисты и власти Армении стали вынашивать новые планы по отторжению Зангезура и Карабаха от Азербайджана. Об этом свидетельствует активная переписка, которая велась в апреле 1920 года между премьер-министром Армении А.Хатисовым и министром иностранных дел А.Оганджаняном.
Так, уже в телеграмме А.Оганджаняну от 5 апреля 1920 года А.Хатисов, остро переживая поражение под Аскераном, рассматривает план нового наступления отрядов генерала И.Казарова на Шушу и С.Амазаспа на Джеваншир. Для реализации данного плана А.Хатисов считал необходимым приобрести у грузинского правительства «ружья Лебеля и добиться, какими угодно путями трехлинейные патроны». 
Интересно, что в апреле 1920 года в Тифлисе по инициативе министра иностранных дел Грузии Е.Гегечкори была созвана очередная конференция с участием трех республик Южного Кавказа для решения территориальных проблем. Однако, как видно из содержания телеграммы А.Хатисова от 7 апреля 1920 г., еще накануне конференции армянская сторона рассматривала ее созыв как очередную возможность для получения кратковременной передышки накануне возобновления нового военного наступления на азербайджанские территории.
Армения пыталась использовать Грузию для получения военных припасов. В телеграмме А.Хатисов вновь подчеркивал, что в карабахском вопросе Армении «помочь могут главным образом грузины и наша мощь». Видимо, понимая, что Грузия имеет с Азербайджаном военный пакт, А.Хатисов, чтобы склонить грузинское правительство на свою сторону, предлагал «идти на территориальные уступки, ибо грузины только так и понимают дружбу с нами».
В телеграмме А.Хатисов коснулся также поведения английской миссии Мирная конференция, начавшаяся 9 апреля 1920 года в Тифлисе с участием представителей республик Азербайджана, Армении и Грузии, 11 апреля приняла постановление немедленно прекратить все кровавые столкновения, происходящие в Газахе, Нахчыване, Ордубаде и Карабахе, и принять самые решительные меры, чтобы была исключена всякая возможность столкновения между армянским и азербайджанским населением в пределах соответствующих республик.
Таким образом, после тяжелого поражения в начале апреля 1920 года под Аскераном и Шушой армянское правительство старалось маневрировать, совмещая дипломатические шаги с военными.
Несмотря на договоренности о прекращении военных действий, нападения армянских вооруженных сил на приграничные с Арменией азербайджанские села Карабаха, Зангезура и Газаха продолжались. Это вынуждало правительство Азербайджана постоянно держать значительные военные силы на западных рубежах страны.

.