Когда 28 февраля 2026 года Израиль и Соединенные Штаты Америки объявили войну Ирану, хуситы в основном довольствовались словесными заявлениями о поддержке тегеранского режима. На самом деле, они ждали, пока Тегеран решит, когда и как наиболее эффективно развернуть свои региональные ополченческие силы. Это решение наконец было принято. В последние несколько дней силы хуситов, быстро захватив Моху и Дхубаб, также взяли под контроль остров Парим (Мейюн), разделяющий пролив Баб-эль-Мандеб. Теперь они контролируют как побережье Красного моря Йемена, так и доступ к этим водам.

Ормузский пролив является транзитным маршрутом примерно для двенадцати процентов мировой торговли, одиннадцати процентов морских перевозок нефти. Суда могли бы обходить мыс Доброй Надежды, стоимость фрахта выросла бы, и мировые рынки смогли бы справиться с последствиями. Однако нынешняя ситуация отличается тем, что война фактически закрыла еще один нефтяной маршрут. То есть с закрытием Ормузского пролива и угрозой для Баб-эль-Мандебского пролива Саудовская Аравия потеряла альтернативный путь выхода.

Хуситы годами атаковали Эр-Рияд в рамках соперничества между Саудовской Аравией и Ираном, охватывающего весь регион. После нормализации отношений между двумя странами они сузили масштабы своих операций и полностью переключили внимание на другой фронт. Прежде чем принять новую стратегию, направленную против Саудовской Аравии, ее инфраструктуры, энергетических объектов и экспортных путей, они сосредоточили все свои атаки на Израиле. 

Ракеты, беспилотники и управляемые боеприпасы обеспечили хуситам гораздо более широкий оперативный охват. Это позволяет им наносить удары по энергетическим объектам Саудовской Аравии, городам на юге страны и морскому судоходству с минимальными затратами. Последствия этого шага хуситов уже ощущаются на местах. Эр-Рияд перекрыл газопровод Восток-Запад после серии атак беспилотников. В результате атак на гражданские и экономические объекты пострадали 73 мирных жителя.

С точки зрения Тегерана, этот шаг, по-видимому, преследует три основные цели. Во-первых, этот шаг предоставляет Ирану второй козырь в переговорах по поводу потоков энергоносителей, не требуя развертывания собственной армии на новом фронте. Успехи хуситов на местах сужают экспортные альтернативы Саудовской Аравии, увеличивают политические издержки операций США против Ирана и доказывают, что у Тегерана пока еще есть козыри в рукаве даже под давлением. Это также сигнализирует о возвращении к первоначальному плану Ирана по доведению цен на нефть до уровней, неприемлемых для мировой экономики, и принуждению Трампа к прекращению войны.

Во-вторых, это подрывает региональное влияние Саудовской Аравии и углубляет существующие разногласия насчет Ормузского пролива и самой войны. 

В-третьих, этот шаг проверяет устойчивость Меккского оборонного альянса. По иронии судьбы, первое серьезное испытание альянс получил не от Израиля, а от Ирана. Теперь Саудовской Аравии приходится одновременно бороться с тремя фронтами: хуситами на юге, иракскими ополченцами на севере и Ираном на востоке. Развертывание Ираном хуситов против Эр-Рияда служит катализатором для Пакистана и Турции, чтобы укрепить свои обязательства перед альянсом. Тегеран стремится создать иллюзию того, что пакт не имеет практической силы.

Впрочем, Иран, используя хуситов в качестве инструмента, рискует оттолкнуть всех своих соседей. Настоящий парадокс заключается в том, что, хотя Тель-Авив инициировал войну, единственным государством, которое Тегеран избегал атаковать, является сам Израиль. Министр обороны Израиля недавно хвастался тем, что Тегеран знал о взлете американских самолетов с израильской территории для бомбардировки Ирана, но не осмелился нанести ответный удар.

Нетаньяху давно оказывает давление на Саудовскую Аравию, чтобы она присоединилась к Авраамовским соглашениям, и когда хуситы начали наступление, Тель-Авив представил себя «спасителем», готовым помочь в любой момент.

Главный вопрос заключается в том, смогут ли хуситы удержать захваченные ими территории, или же их новоприобретенные позиции сделают их крайне уязвимыми, если Саудовская Аравия и ее союзники начнут решительное противодействие.

А.ЗАМАНОВА