На Ближнем Востоке формируется новая политическая реальность: региональные государства все активнее стремятся самостоятельно определять правила собственной безопасности. Мекканское соглашение между Саудовской Аравией, Турцией и Пакистаном стало важным сигналом этого процесса. Оно свидетельствует о постепенном переходе от модели, при которой безопасность региона во многом зависела от США, к системе региональной ответственности.

Именно так соглашение оценили в Тегеране. Представитель МИД Ирана Эсмаил Багаи заявил, что оно отражает разочарование стран региона в американских гарантиях безопасности и стремление рассчитывать прежде всего на собственные возможности. При этом Иран подчеркнул, что не считает договоренности направленными против себя.

Эта позиция важна, поскольку еще недавно усиление сотрудничества между Саудовской Аравией и Турцией неизбежно рассматривалось бы через призму противостояния с Ираном. Теперь же Тегеран демонстрирует более прагматичный подход, понимая, что новая региональная архитектура не обязательно должна быть антииранской.

Долгие годы США оставались главным внешним игроком на Ближнем Востоке. Военные базы, поставки вооружений, разведывательное сотрудничество и дипломатическое влияние позволяли Вашингтону играть ключевую роль практически во всех крупных региональных кризисах. Однако войны и конфликты последних лет показали, насколько ограниченными могут быть внешние гарантии.

Для государств региона особенно важна непредсказуемость американской политики. После смены администрации Вашингтона стратегические приоритеты могут измениться, а вчерашние обязательства стать предметом новых переговоров. Поэтому страны Ближнего Востока стремятся создать собственные механизмы безопасности.

Турция обладает сильной армией и развитой оборонной промышленностью. Саудовская Аравия располагает огромными финансовыми и энергетическими ресурсами. Пакистан имеет значительный военный потенциал и ядерное оружие. Их взаимодействие способно сформировать новый центр силы. При этом речь не обязательно идет об отказе от сотрудничества с США. Региональные государства по-прежнему заинтересованы в американских технологиях, инвестициях, вооружениях и политических связях. Однако они все меньше хотят зависеть исключительно от решений Вашингтона. Формула становится иной: не отказ от Америки, а отказ от зависимости от Америки.

Важную роль играет и экономика. Новая система безопасности невозможна без торговли, инвестиций, энергетики и транспортных коридоров. Поэтому будущая архитектура региона будет формироваться не только в военных штабах, но и в инфраструктурных и экономических проектах.

Турция в этом отношении занимает особое положение. Она одновременно является членом НАТО, партнером Запада и самостоятельным региональным центром силы. Саудовская Аравия превращает финансовые ресурсы в политическое и экономическое влияние, а Пакистан стремится расширить пространство для дипломатического маневра.

Для Ирана происходящее создает сложную ситуацию. Тегерану выгоднее сотрудничать с новыми региональными центрами силы, чем оказаться в изоляции. Поэтому Мекканское соглашение может не усилить противостояние, а, наоборот, подтолкнуть Иран к более активной дипломатии.

Вместо простой схемы «Иран против Саудовской Аравии» постепенно возникает многополярная система, в которой Турция, Иран, Саудовская Аравия, Пакистан и другие государства одновременно конкурируют и сотрудничают. Этот процесс соответствует более широкой мировой тенденции. Китай усиливает экономическое присутствие, Россия сохраняет влияние, США пытаются удержать свои позиции, а региональные державы все активнее проводят самостоятельную политику. Иными словами, Ближний Восток постепенно перестает быть пространством, где внешние державы единолично определяют правила игры. Региональные государства хотят стать не объектами геополитики, а ее самостоятельными субъектами.

Для Азербайджана эти процессы также имеют значение. Баку связан с Турцией стратегическим партнерством, поддерживает тесные отношения с Пакистаном и развивает взаимодействие с Саудовской Аравией. Кроме того, Азербайджан находится на пересечении Южного Кавказа, Каспийского региона и Среднего коридора. Стабильность в регионе напрямую отвечает интересам Баку, поскольку безопасность транспортных маршрутов, энергетических проектов и торговых коммуникаций является важным условием экономического развития.

Пока рано говорить о полноценном военно-политическом блоке. Многое будет зависеть от того, станет ли Мекканское соглашение механизмом координации и предотвращения конфликтов или превратится в инструмент противостояния с другими государствами. Однако главный вопрос уже очевиден: готов ли Ближний Восток самостоятельно отвечать за собственную безопасность? Похоже, ответ положительный.

З.РАСУЛЗАДЕ