warez script warez forum leaks forum sanal santral orkide hacklink al hacklink al eskişehir escort Musa Yıldırım ataşehir kuaför Shell indir Мы-азербайджанцы
:
RU   AZ
  • Font size:
  • Decrease
  • Reset
  • Increase

Мы-азербайджанцы

Font

В этой рубрике «НВ» рассказывает об азербайджанцах, которые ныне живут за рубежом, однако, несмотря ни на что, помнят о своей Родине, чтят традиции, отмечают национальные праздники, а главное, всегда и везде отстаивают интересы родного Азербайджана.

ИЧЕРИ ШЭХЭР В МОЕМ СЕРДЦЕ НАВСЕГДА






В Израиле живет огромная азербайджанская диаспора. Это родившиеся и выросшие в Азербайджане израильтяне, и все до одного любят свою первую Родину и поддерживают с ней связи. Представляем вниманию читателей интервью с лидером израильских азербайджанцев - Егяной Сальман.

- Расскажите немного о себе…
- О юности я вспоминаю с благоговением и с удовольствием погружаюсь в сладостные воспоминания, которые подчас вызывают грусть по ушедшему прошлому, но чаще радость за возможность хотя бы в мыслях вернуться в те золотые времена.
Мои детские годы прошли в Ичери Шэхэр. Крепость для меня это не только география, история и особая архитектура. Крепость населяли люди особенного склада. Если вспомнить жизненный уклад, манеру общения, неписанные законы взаимоотношений, тонкий характерный юмор, понятный только «крепостным» и даже свои внутренние порядки и традиции, то можно допустить, что в этой части Баку шла своя жизнь по внутренним, столетиями сложившимся правилам . Мне все это было понятно и естественно, и как водится, об этом не задумываешься. Но теперь, по прошествии многих лет, я понимаю, что это явление было наднациональное, то есть мы жили по законам Ичери Шэхэр. Кстати, эти люди остаются «крепостными» и после того, как переселяются «за стену», и даже, когда эмигрируют.

Если провести параллель с высказыванием, что «родина не отпускает», то Крепость тоже остается в человеке навсегда. Разве можно забыть, как каждое утро по узким улочкам я быстренько, чтобы не опоздать, шла в школу, а обратно, как после тяжелого рабочего дня я позволяла себе пройтись по широкому тротуару проспекта Нефтяников. Наша школа - знаменитая шестая спортивная тогда славилась и высокой успеваемостью, и неоднородностью учеников – часть были дети цековских работников, часть из Крепости, а часть баиловские. Разнообразная по национальному составу и по социальному статусу ребятня здесь легко смешивалась и превращалась в то, что впоследствии назвали «нация «бакинцы». Советская система образования с ее непременным «вызыванием к доске», нелестными иногда высказываниями некоторых учителей в адрес детей не только внедряли комплексы, но и очень располагали к незабываемому явлению, оставившему самые сладостные воспоминания о школьных годах – шатале, которая была способом избавиться от неминуемой двойки за невыученный урок и сопутствующие обидные высказывания в твой адрес от учительницы. Никогда не забуду, как в один наш поход в кинотеатр мы с одноклассницей зашли в наш знаменитый продмаг, чтобы купить французскую булочку с колбасой, как вдруг в отражении одного из многочисленных зеркал я увидела свою маму. Я оторопела и не понимала, в каком направлении двигаться, чтобы не встретиться с мамой лицом к лицу. От испуга я потом целый год исправно ходила в школу.

- Сравните, пожалуйста, наши школы с израильскими.
- В Израиле прогуливание школы не так распространено среди учеников. Здесь дети не избегают школы и не пропускают ее даже когда болеют, потому что они там находятся среди друзей, чувствуют себя свободно, знают, что никто не узнает, какую оценку они получили по контрольной, никто не заставит отвечать у доски, если они этого не хотят, и от учителей не исходит никакого желания тебя публично обличать.
В защиту нашей шестой школы следует заметить, что после окончания выпускники нашего класса все поступили в первый же год в лучшие вузы Баку и СССР. Это свидетельствует в пользу нашей системы обучения, которая вбивать знания умела. У нас в школе была самая лучшая в Союзе лаборатория по физике. Учителя у нас были такие сильные, что репетиторы по основным предметам нам не требовались. Я не могу знать, в каком состоянии сейчас образование в Азербайджане, но с уверенностью скажу, что в Израиле классические принципы преподавания, к которым мы привыкли, в настоящее время не применяются.
Мы, приехавшие из Советского Союза, были в шоке, когда столкнулись со школьными реалиями в Израиле, нам абсолютно не нравилось то, как поставлено школьное образование, но теперь я могу с уверенностью сказать, что время меняется, классические методы преподавания сменяются более современными, практическими, способствующими выявлению индивидуальных творческих способностей у каждого ребенка, помогая формированию личности, способной выжить в этом сложном быстро меняющемся мире, а этому, как известно, глубокое знание фундаментальных наук не всегда способствует.
Как педагог и человек, отдавший многие годы учительскому делу в Израиле, могу сказать, что современный, западный тип школы способствует воспитанию свободной полноценной личности, которая комфортно чувствует себя в современном обществе. Израильская молодежь отличается ранним взрослением и с юности выработанной ответственностью за каждый свой шаг. Сразу же после школы израильтяне идут служить в армию. Престижным считается попасть в элитные боевые войска. Здесь на передовой служат самые способные ребята и девушки – сильные, умные, смелые, способные принимать верные решения в самый ответственный момент. Вообще, мне известны редкие примеры людей, которые уклонились от службы в армии, но и те впоследствии не смогли по тем или иным причинам органично вписаться в израильское общество.

Здесь есть возможность и альтернативной службы, это может быть работа в больницах, в полиции, в школе, в общем, везде, где нужны молодые энергичные люди. Возможность альтернативной службы предоставляется девушкам, которые в силу особых обстоятельств не могут находиться в действующих войсках, это могут быть девушки из религиозных семей, из неполных семей или те, у которых родители по физическому состоянию нуждаются в постоянной помощи. После армии израильтяне строят свою жизнь по способностям и жизненным приоритетам. Как правило, молодежь здесь полагается в основном на себя и очень рано становится самостоятельной.

- Трудно жить в стране постоянно воюющей с арабами?
- Война с арабами - это отдельная тема, которую я не люблю затрагивать, т.к. считаю, что это чистой воды политика, которая служит интересам международных террористических кланов, обогащающихся за счет травли народов друг против друга. Самое интересное то, что в Израиле треть граждан - арабы, у которых высокий уровень жизни, и они пользуются всеми благами демократического, прогрессивного общества, которым является государство Израиль.

Конечно, трудно жить в состоянии постоянного напряжения, но ко всему человек привыкает. Трудно, конечно, жить постоянно с чувством, что завтра опять может быть война, но, оказывается, человек, действительно, ко всему привыкает, а такая нестабильность приучает ценить мир и сиюминутное благополучие.

Кстати, многие наши земляки вернулись в Азербайджан, уехали в Европу или на американский континент, а те, кто остались, вполне вписались в израильское общество – многие работают по специальностям, полученным в Азербайджане, некоторым пришлось переучиваться, есть много успешных бизнесменов, а есть и такие, которые работают, где придется, лишь бы прокормиться и суметь обеспечить семье хотя бы минимальный жизненный уровень, конечно, и таких немало. Я думаю, что новые условия не могут радикально изменить человека. Меняются обстоятельства, меняется жизненный уклад, даже среда меняется, но человек, как правило, остается верным себе до конца своей жизни, потому что не меняется менталитет, не проходит даром воспитание, не меняются жизненные устои и принципы.

- Каким был ваш путь в Израиль?
- До приезда в Израиль я преподавала в Политехническом институте, работала переводчиком в Институте космических исследований. Ну, а остальное, как и у всех – семья и дети. Замуж я вышла за еврея, коренного бакинца Михаила Сальмана, поэтому, собственно, я оказалась не где-нибудь, а в Израиле. Не стану рассказывать, что такое первые годы эмиграции, да еще в числе миллиона образованных специалистов, приехавших одновременно в маленькую воюющую страну. Изучение языка, проблемы с жильем, подтверждение дипломов, чтобы работать по специальности, а это серьезная учеба с большим количеством экзаменов на иврите и на английском – все это надо было пройти, чтобы начать работать учителем в школе.
Я проработала почти 20 лет преподавателем английского языка, ну а теперь я вышла на вольные хлеба, т.к. хочется больше времени отдать любимому делу. Когда у эмигранта остаются позади первые проблемы, то, как бы проснувшись от шока, у каждого почему-то, как после долгой спячки возникает потребность «излить душу», которая почему-то обязательно проявляется в эпистолярном жанре. Отсюда так много новоявленных писателей, поэтов, композиторов и иже с ними. Я не стала писать, а утешение от ностальгии нашла в активном общении с земляками – у себя дома устраивала частые посиделки по поводу и без, мы готовили и пекли наши национальные вкусности, всегда играла азербайджанская музыка...
Постепенно дом превращался в клуб. Одну из четырех комнат в своем доме я оформила полностью в азербайджанском стиле, стала собирать книги азербайджанских авторов, сувениры, ковры, медную посуду. В основном сама привозила все это из Баку, но бывало, что дарили друзья и знакомые бакинцы. К тому времени образовалась ассоциация «Израиль-Азербайджан» (АзИз), и мы сделали мой дом официальным Культурным центром при этой организации, т.к. я с первого дня являюсь в ней членом правления. За неимением своего помещения мы проводили многие мероприятия «АЗИЗа» именно здесь, а для более крупных мероприятий мы пользуемся услугами муниципалитетов или снимаем подходящие помещения. Здесь мы рассказываем ту правду об Азербайджане, которую не только израильтяне, но и приехавшие из остальных республик бывшего СССР вообще не знают или знают по принципу «с точностью наоборот».
Нам стоит невероятных усилий перестроить осевшую в сознании тысяч людей исковерканную информацию о событиях в Сумгайыте, в Баку в январе 1990 года, ну, и, конечно, в целом о нагорно-карабахском конфликте. Мы демонстрируем фотографии, документальные фильмы, распространяем книги и буклеты, которые нам предоставляет Фонд Гейдара Алиева и Государственный комитет по работе с диаспорой, выступаем в прессе, ведем беседы с израильтянами, которые по большому счету, ничего не знают об Азербайджане, а если слышали что-то про Нагорный Карабах, то только из армянских источников. В эту работу включены все выходцы из Азербайджана, даже и те, которые по разным причинам не могут принимать активное участие в работе ассоциации. Но, даже не общаясь непосредственно, мы, бакинцы, выходцы из Азербайджана, невольно чувствуем плечо друг друга и осознаем свое единство, которое как никогда ощущается на чужбине, особенно у такой нации, как «бакинцы».