:
RU   AZ
  • Font size:
  • Decrease
  • Reset
  • Increase

Автор памятника Магомаеву в Москве Александр Рукавишников: Муслим - человек с ярким эмоциональным отношением к жизни

Font

Эксклюзивное интервью Report с народным художником России, скульптором Александром Рукавишниковым,автором памятника азербайджанскому и российскому певцу Муслиму Магомаеву.

- Сегодня торжественно отмечается 75-летний юбилей Муслима Магомаева. Каким вы его запомнили и смогли ли передать свои ощущения в известном памятнике в Леонтьевском переулкев Москве?

- Когда Магомаев пел, я был еще юношей, поэтому я мог отследить его творчество на протяжении практически всей жизни. Он всегда выделялся из тех исполнителей, кто пел в классическом стиле. Он поражал меня своей искренностью: невозможно было не понять, что это здорово. Бабушка моя, обладательница колоратурного сопрано, училась в Москве и стажировалась в Милане, очень его выделяла и любила его творчество.

Когда получаешь заказ на создание скульптуры такому известному человеку, то сразу хочется воспроизвести первое, концептуальное ощущение. И первый вопрос, который я себе задал в начале работы над скульптурой Магомаева, это - "кто для тебя был этот человек?". У меня получился ответ приблизительно такой: "человек с ярким эмоциональным отношением к жизни и творчеству". И я слепил его именно таким.

- Какое время заняла работа над памятником? Были ли какие-то сложности?

- Работа над памятником – это серьезная, ответственная работа. Было много выездов на место предполагаемого монумента. По месту он встал нормально: высота, энергетическая направленность – все по делу. Есть нюансы, которые меня лично не устраивают, но это, конечно же, не трагедия.

Работа над самой скульптурой шла около пяти месяцев. А до этого еще была работа над эскизом. В итоге памятник получился не совсем такой, как я предполагал ранее. Автор тоже субъективен: у меня и в этой работе были свои задумки. Например, в промежуточной модели у меня была такая держалка для цветов на постаменте: это две маленькие девочки, несущие корзинку с бронзовыми цветами, в которую можно было бы в дальнейшем втыкать и живые цветы. Такие вещи, на мой взгляд, придают теплоту памятнику, поэтому жаль, что это не сохранилось.

- В одном из интервью вы утверждали, что в вашу работу над памятником постоянно вмешивались, что мешало процессу. Речь тогда шла о Тамаре Синявской. В итоге вы смогли найти общий язык? Были ли еще какие-то косвенные влияния на вашу работу?

- Я очень люблю Тамару, мы, можно сказать, подружились за время работы над скульптурой. Но я никогда не позволю себе что-то ей посоветовать в плане ее профессии, творчества. Тут несколько двоякая ситуация. Скульптура же стоит веками и хочется, чтобы она была сделана по "гамбургскому счету". Но с другой стороны родственники, друзья имеют право на свои просьбы и мнения.

При работе над этой скульптурой я познакомился с Аразом Агаларовым, кстати интеллигентнейший человек. Он счел, что постамент нужно делать более современным, тогда как мы с архитекторами изначально видели его в стиле "модерн" начала века. В итоге получился постамент в форме цилиндра из темно-серого гранита.

Да, еще ко мне приходили поклонницы Магомаева. Они тоже помогли в работе. Ну, представьте, шесть достаточно солидных женщин, не сговариваясь, рыдают в унисон. У них на телефонах его фотографии, песни, заметки о нем. Эти чистейшие человеческие эмоции говорили об отношении народа к Магомаеву, как к певцу и человеку.

- Знаем, что вы неоднократно бывали в Баку, на родине М. Магомаева. Как вам нравится город? Возможно, вы черпали там вдохновение для своей работы...

- В Баку был последний раз лет 5-6 назад на юбилее моего хорошего друга, замечательного художника Таира Салахова. Я и раньше был в Баку, поэтому мог сравнить город современный и советских времен. Баку сильно изменился: стал еще красивее, теплее и душевнее. Архитектура города своеобразная и точно к месту. Заметил, что в городе много модерна: этот стиль меня всегда привлекал – он был особенно популярен в начале прошлого века. Из памятников помню лишь скульптуру Пушкина, работы Орехова. Несомненно, в Баку есть многое для вдохновения.

- Знакомы ли вы с азербайджанскими скульпторами? Можете ли выделить кого-то?

- У меня есть давнишний друг Тофик Гусейнов. Кстати, он автор скульптуры на могиле Муслима Магомаева. Талантливый человек. Как-то он лепил в этой самой мастерской бюст Гейдара Алиева. Интересная была тогда встреча.

Еще могу отметить Заура Рзаева и Айдына Зейналова, которым я преподавал в Московском художественном институте им. Сурикова.

- Вы упомянули о работе над бюстом Гейдара Алиева. А с ним лично были знакомы?

- Как раз тогда мы и познакомились. Дело в том, что Тофик тогда лепил его бюст с натуры.Гейдар Алиевич Алиев произвел на меня очень приятное впечатление – интересный, разносторонний и эрудированный человек. О чем бы мы не разговаривали, например, об Италии эпохи Возрождения, он высказывал свое мнение. Я был поражен широтой его знаний и взглядов.





Loading...